Лейбниц Нострадамус История
История & Пророчества
Провидцы Прорицатели Контакты
Распутин Григорий Ефимович
Распутин Григорий Ефимович
Провидцы, предсказатели, медиумы,
юродивые и блаженные в истории России
История российских блаженных и прорицателей

Распутин Григорий Ефимович

Некоторые называли и называют его не иначе, как Гришкой, подчеркивая этим напрашивающуюся историческую параллель с другим, известным всей России Гришкой – Отрепьевым. Сергей Труфанов, он же отец Илиодор, написанную им книжку о Распутине назвал «Святой черт», на многие годы приклеив ярлык на лоб своему недавнему другу, а после лютому врагу. Его ненавидели гвардейцы и либералы, большевики и черносотенцы. Как только его не называли! Его жизнь описана в бульварных газетках и в солидных журналах, вдоль и поперек изучена историками и священниками. Его объявляли врагом России, губителем царской семьи, даже… германским шпионом! Но его боготворила царская семья, а в последнее время идет мощная кампания по канонизации «старца», ряды сторонников этой, еще недавно казавшейся бредовой идеи постоянно растут.

И рад бы я обойти стороной эту угловатую, коренастую фигуру, не заглядывать в азартные глаза, блестящие из-под стриженных горшком черных волос, скрывающих шишку на лбу. Даже шишка эта стала предметом жгучего интереса со стороны исследователей, поскольку враги Распутина утверждали, вложив эти утверждения в уста его дочери, что шишка была похожа на. растущий рог. Рад бы я не лезть в эти словесные дебри, выросшие вокруг Григория Ефимовича, да не получится. Как обойти одного из самых известных и самых скандальных предсказателей России?

Конечно, Распутин фигура весьма неоднозначная, так же неоднозначны и воспоминания и свидетельства очевидцев. Вокруг него все настолько запутано и перепутано – диву даешься: вчерашние друзья становятся злейшими врагами; убогая, которой он протягивает подаяние, бьет его ножом, а решивший застрелить его – стреляет в себя.

Его при жизни газетчики нещадно возили физиономией по столу, явно выполняя хорошо и щедро оплаченный политический заказ. Широко распространено мнение, что он пал жертвой международного масонского заговора, поскольку стоял слишком близко к царской семье. Во времена большевизма его шельмовали, стараясь всеми силами оправдать страшный расстрел в Екатеринбурге. Я не являюсь почитателем Николая II, при жизни прозвище Кровавый просто так не дают, на совести последнего русского государя и Ленский расстрел, и Ходынка, и «кровавое воскресенье». Но это на его совести, а на совести большевиков не менее страшное преступление – расстрел царя без суда и следствия, в подвале, вместе с женой, дочерьми и наследником. Чтобы хоть как-то оправдать это преступление, большевики всеми силами старались очернить царскую семью. Фигура набравшего при дворе фантастическую силу и влияние Распутина подходила для этого как нельзя лучше.

В настоящее время появился ряд работ, в которых авторы стараются придать благообразный вид Распутину. Его тщательно причесывают, напомаживают, приукрашивают.

Разобрать: где правда, а где вымысел, порой невозможно. Слишком много вокруг него вранья и кривотолков. Даже свидетельства современников нельзя принимать на веру, поскольку не было современников беспристрастных. Одни и те же эпизоды исследователи трактуют по-разному. Да и сам Григорий подливает масла в огонь. Так, например, он постоянно заявляет, что давно не курит и не пьет, это повторяется в нескольких протоколах его допросов в разное время и по разным поводам, в то же время общеизвестно его пристрастие к хорошему вину, к сладкой мадере. Вроде бы ерунда, мелочь – пьет, не пьет, – какая нам, по сути, разница? Но врет ведь, каналья, чтоб ему пусто было! Соврал в мелочи, а доверия уже нет.

Есть в Григории Распутине нечто демоническое, что притягивает к нему, и это демоническое не может оставить исследователя его жизни беспристрастным. Хотя, если сказать правду, я не очень-то верую в беспристрастных историков. Чем больше исследователь клянется и божится, что он беспристрастен, тем меньше я ему верю. История – это страсть. Страсть, обжигающая всякого, кто с ней соприкасается. И если человек, соприкасающийся с историей, не опален огнем этой страсти, значит, он равнодушен. А равнодушный никогда не поймет и не распутает до конца клубок чужих страстей.

Если и встречаются, так сказать, умеренные исследователи, то только не те, кто соприкасался с жизнью Распутина. Многие давали опрометчивые обещания исследовать наконец-то жизнь «старца» без лести и предвзятости.

В последние годы большие работы о Распутине написаны Олегом Платоновым и Эдвардом Радзинским. Олег Платонов поднял огромный пласт материалов, в том числе ранее не исследовавшихся. Радзинский, опытный драматург, умеющий выстраивать интригу, в своих повествованиях использовал в основном широко известные документы, положив в основу своей книги протоколы допросов следственной комиссии Временного правительства, благо у него в руках оказалась недостающая часть протоколов этой комиссии, описанная им впервые. Эти документы купил на аукционе Сотбис Мстислав Ростропович и разрешил Э. Радзинскому использовать в своей работе.

Позиция этих авторов, надо отдать им должное, поднявших огромные пласты материалов, в целом именно такова: Григорий Распутин – несправедливо оболганный человек, павший жертвой многочисленных врагов, исказивших и фальсифицировавших его образ.

В этом есть доля истины. Но только доля! А в чем же истина? Наверное, в том, что Григорий Ефимович Распутин, хотя и был человеком, безусловно, неординарным, по-своему одаренным, но все же сам по себе не столь значим, сколько созданные вокруг него легенды. Волей случая этот маленький мужичок стал заложником большой политической игры. То, что он вертел, как хотел, государем и государынями, снимал и назначал министров и военачальников, все это не более чем легенда, подхваченная и его противниками, и его «соратниками». Я думаю, тайна Распутина именно в том, что все намного проще, чем нам пытаются рассказать. Григорий Ефимович, вполне возможно, сам искренне считал себя всемогущим или, по крайней мере, весьма влиятельной фигурой. Он, полуграмотный мужик, пусть и наделенный природной смекалкой, крестьянской мудростью и хитростью, не мог до конца понять и постичь всех тонкостей той безумной политической игры, в которую оказался втянут. Он не был повелителем судеб, каковым его пытаются представить, он был заложником обстоятельств, игрушкой в чужих и умелых руках. При этом дергали за ниточки и друзья, и враги.

Я нисколько не собираюсь оспаривать ряд выводов и доводов исследователей биографии Распутина. Конечно, множество материалов о Распутине фальсифицировано. Но нельзя забывать, что фальсифицировались как свидетельства pro,так и свидетельства contra.Совершенно справедливо развенчана легенда о Распутине-конокраде, справедливо взята под сомнение версия его хлыстовства, но нельзя сказать, что она опровергнута полностью доказательно и убедительно…

Впрочем, вокруг Распутина столько легенд и мифов, которые с разной степенью достоверности то опровергаются, то подтверждаются, что перечислять их нет никакого смысла, поскольку имя этим версиям – бесконечность. Потому отложим эти «разборы полетов» в сторону, встанем из-за письменного стола или с дивана, обязательно проверим, выключены ли электроприборы, поскольку нам предстоит долгое, трудное и порой далекое путешествие.

Только шагнули мы с тобой, уважаемый читатель за порог, а автор уже чешет затылок: каким путеводителем пользоваться? Дороги, по которым ходил Григорий Ефимович, порой так петляли, что теперь и не разобрать – где конец, а где начало. Некоторые тропочки старательно затаптывались, где-то непролазную грязь дорожную современным гудроном заровняли.

Попробуем довериться ему самому, хотя и с оговоркой, что все его воспоминания записаны по его рассказам. Опять получается нечто вроде протокола «с моих слов записано верно и мною прочитано». Ну хотя бы прочитано. Конечно, я понимаю, что по сути все как бы воспоминания Распутина – те же самые свидетельские показания. Но это его показания, пусть он сам себя и защищает. При жизни Распутина было записано с его слов «Житие опытного странника», вот оно и будет основой. По крайней мере, записали то, что он посчитал нужным рассказать о себе, его версию изложения событий. Конечно, не без дополнений и оговорок.


Родился Григорий в селе Покровском Тюменского уезда Тобольской губернии 10 января 1869 года. До него в семье крестьян Ефима Яковлевича и Анны Васильевны Распутиных рождались дочери, но все они умерли в младенческом возрасте. Неудивительно, что Григорий родился хилым мальчиком, он и впоследствии, вопреки множеству легенд, не отличался богатырским здоровьем, хотя, по некоторым свидетельствам, физической силой обладал отменной. Впрочем, скорее всего, она была благоприобретенной в трудах крестьянских да в странствиях.

Трудиться Григорию приходилось много. Несмотря на слабое здоровье, от работы его не освобождали – в крестьянской семье каждая пара рук на вес золота. Так что пришлось ему с малых лет узнать вкус пота: довелось и пахать, и сеять, и делать все, что придется. Школы в селе не было, так что Григорий пребывал в неграмотности до зрелого возраста. Да и позже писать выучился кое-как, с трудом выцарапывая каракули.

О крестьянских годах он вспоминал так: «Когда я жил сперва, как говорится, в мире до 28 лет, то был с миром, то есть любил мир и то, что в мире, и был справедлив и искал утешения с мирской точки зрения. Много в обозах ходил, много ямщичал и рыбу ловил, и пашню пахал. Действительно это все хорошо для крестьянина! Много скорбей было мне: где бы какая сделалась ошибка, будто как я, а я вовсе не причем. В артелях переносил разные насмешки. Пахал усердно и мало спал, а все же таки в сердце помышлял как бы чего найти, как люди спасаются».

Григорий сам проводит невидимую черту в своей жизни: жил «в мире до 28 лет». То есть жил как все. Об этой крестьянской жизни сведения достаточно противоречивые. Основные источники – протоколы допросов односельчан Распутина во время следствия по делу о его хлыстовстве.

В большинстве показаний Григорий описывается как человек тихий, скромный, трудолюбивый. Впрочем, это неудивительно – крестьяне не жаловали полицию, Григорий все же был для них «свой», деревенский, каким бы он ни был. К тому же доносительство всегда считалось делом подлым, а в деревне особенно. Не стоит забывать и того, что Григорий к тому времени из Гришки превратился в Григория Ефимовича, который и деньги в долг давал, и церковь выстроить помог, а кому-то и дом поставил. Словом, с помощью односельчан вырисовывается портрет этакого благообразного крестьянина.

Но были и другие показания. Например, о пьянстве его отца и самого Григория. Да и Григорий косвенно подтверждал это, часто заявляя, что лет десять, пятнадцать как бросил курить и пить вино. Если бросил, значит, употреблял, а если считает нужным упомянуть об этом, вероятнее всего и злоупотреблял. Даже жена его говорила, что в настоящее время он вино не пьет, потому, мол, как пьяный, имеет дурной характер.

Несколько иные показания давали его односельчане следственному комитету Временного правительства. Но и к этим показаниям нужно относиться с осторожностью, помня, что к тому времени Распутина в живых уже не было, слава же о нем распространилась дурная, возможно, и говорили крестьяне то, что, как они думали, от них хотели услышать. А может, наоборот – зная, что Григорий мертв, говорили свободнее.

Из этих показаний следует, что пьянство в семье Распутиных было наследственным – долгое время беспробудно пил отец Григория. Самого его частенько заставали с девицами и поколачивали, нередко он возвращался домой без лошадей, пьяный, избитый. Позже он подтвердит это в беседе с журналистом Меньшиковым: «Неудовлетворен я был, на многое ответа не находил, и начал я попивать».

В доме, где пьют оба главных кормильца, достатка быть не может. А где пьянка, там и другие неприятности. Односельчанин Распутина Картавцев утверждал, что поймал Григория на воровстве.

«Я поймал Григория на краже у меня остожья…[4 - Остожье – здесь: изгородь или плетень для охраны стога от скота.] Разрубив остожье, он сложил все на телегу и хотел увезти. Но я поймал его и хотел заставить везти краденое в волость. Он хотел бежать и желал было ударить меня топором. Но я в свою очередь ударил его колом и так сильно, что у него из носа и рта потекла кровь ручьем. Сначала я думал, что убил его, но он стал шевелиться. И я повез его в волостное правление. После побоев сделался он каким-то странным и глуповатым».

Тот же Картавцев утверждает, что Распутин с товарищами украл у него коней, откуда и возникли позже слухи о Распутине-конокраде. Но прямых доказательств кражи коней именно Распутиным не было, о чем свидетельствует и решение сельского схода: «по приговору общества выслали товарищей, а он уцелел».

Вскоре Григорий женился на Параскеве Федоровне, девушке из соседнего села. Жена была старше на два года, родила ему сына Дмитрия и двух дочерей – Марию и Варвару.

Примерно со времени рождения первенца Григорий начинает паломничества. Странно не то, что он вдруг стал паломником, странно, что исследователи постоянно удивляются этим, произошедшим «вдруг», переменам в Григории. Удивляться же, собственно, нечему. И паломником он стал не «вдруг», и пить-курить бросил уже после того, как стал паломником.

Что подвигло его на странствия по монастырям? Что он искал? Думаю, причина весьма банальна – здоровье. Общеизвестно, что Григорий с рождения был болезненным, об этом говорят все его односельчане и родня, да и сам он подтверждал это: «Вся жизнь моя была болезни. Всякую весну я по сорок ночей не спал. Сон будто как забытье, так и проводил все время с 15 лет до 28 лет. Вот что тем более толкнуло меня на новую жизнь. Медицина мне не помогала, со мною ночами бывало как с маленьким, мочился в постели. Киевские сродники исцелили, и Симеон Праведный Верхотурский дал силы познать путь истины и уврачевал болезнь бессонницы. Очень трудно это было все перенесть, а делать нужно было, но все-таки Господь помогал работать, и никого не нанимал, трудился сам, ночи с пашней мало спал. Когда я стал ходить по святым местам, то стал чувствовать наслаждение в другом мире».

Как видно из признаний самого Григория, болезни у него были, судя по весеннему обострению, – хроническими, а, судя по тому, что приступы носили затяжной характер, – заболевание было серьезным. В селе, в котором даже школы нет, о каком лечении может быть речь? Крестьяне, когда беда брала за горло, когда не могли справиться с болезнями, с другими напастями, когда уже ни поп, ни местный колдун или ворожея помочь не могли, волей-неволей обращались в последнюю инстанцию – в небесную канцелярию. Собирали котомку и отправлялись в путь – в ближайший монастырь, грехи замаливать, у святых угодников исцеление выпрашивать.

Множество странников брели тогда по бесконечным дорогам российским. Кормились по дороге подаянием, ночевали, где придется. Многие странники ходили по монастырям много лет, в пути, на ночлегах, коротали время в длинных беседах, в рассуждениях о жизненных неурядицах и об устройстве мироздания. Как правило, возвращались домой к началу сельскохозяйственных работ, потому путешествия их выпадали на самое суровое по погоде время. Распутин же жил в Сибири, где лето короче комариного носа. В нелегких путешествиях закалялся Григорий духом и телом, преодолевая «всякие беды и напасти». А их в дороге хватало.

«В паломничестве мне приходилось переносить нередко всякие беды и напасти, так приходилось, что убийцы предпринимали против меня, что разные были погони, но на все милость Божья! То скажут одежда неладна, то в чем-нибудь да забудутся клеветники неправды. С ночлега уходил с полуночи, а враг завистлив всяким добрым делам, пошлет какого-нибудь смутителя, он познакомится, чего-нибудь у хозяина возьмет, а за мной погоня, и все это пережито мною! А виновник тотчас же находится. Не один раз нападали волки, но они разбегались. Не один раз также нападали хищники, хотели обобрать, я им сказывал: «Это не мое, а все Божье, вы возьмите у меня, я вам помощник, с радостью отдаю», им что-то особенно скажет в сердцах их, они подумают и скажут: «Откуда ты и что такое с тобой?» «Я человек – посланный брат вам и преданный Богу». Теперь это сладко писать, а на деле-то пришлось пережить все. Я шел по 40–50 верст в день и не спрашивал ни бури, ни ветра, ни дождя. Мне редко приходилось кушать, по Тамбовской губернии на одних картошках, не имел с собой капитала и не собирал во век: придется Бог пошлет, с ночлегом пустят – тут и покушаю. Так не один раз приходил в Киев из Тобольска, не переменял белья по полугоду и не налагал руки до тела – это вериги тайные, то есть это делал для опыта и испытания. Нередко шел по три дня, вкушал только самую малость».

По природе своей Григорий любопытен, длительные беседы во время паломничества с опытными странниками не могли не повлиять на него. Он жадно ищет ответы на многие вечные вопросы. В это время он кое-как осваивает грамоту, самостоятельно читает понемногу Евангелие. С этого же времени он начинает сильно меняться: не ест мяса, сладкого, бросает курить, пить вино.

«Еще я нашел одну отраду из отрад всех: читал ежедневно Евангелие понемногу, читал немного, а думал более. Потом еще учился носить вериги три года, но враг меня смущал – «Это ты высок, тебе нет сверстников». Я много боролся, и пользы они мне не принесли, а нашел вериги любви. Любил без разбора: увижу странников из храма и от любви питаю чем Бог пошлет, у них немножко научился, понял, кто идущий за Господом. Много мне пришлось бороться и пережить. В одно прекрасное время, ходил, думал обо всем, вдруг проникла ко мне мысль, долго недоумевал, что вот Сам Господь не избрал царские чертоги, а выбрал Себе ясли убогие и тем прославил славу. Мне недостойному пришло в голову достигнуть, взял, выкопал в конюшне вроде могилы пещерку и туда уходил между обеднями и заутренями молиться. Когда днем свободное время, то я удалялся туда и так мне было вкусно, то есть приятно, что в тесном месте не разбегается мысль, нередко и ночи все там проводил.»

Особенно полюбился Григорию Верхотурский Николаевский монастырь, в котором покоились мощи праведного Симеона Верхотурского. На могиле его происходили чудесные исцеления. По словам Распутина здесь и он нашел излечение: «Симеон Праведный Верхотурский уврачевал мою болезнь бессонницы».

Ко времени духовного прозрения относятся и первые пророчества Григория. Односельчане заметили странности в его поведении – он ходил, размахивая руками, бубнил что-то под нос, грозил кому-то кулаками. Вскоре на него стало «накатывать»: «Как посетил меня Господь… накатило на меня. и начал я по морозу в одной рубахе по селу бегать и к покаянию призывать. А после грохнулся у забора, так и пролежал сутки. Очнулся. ко мне со всех сторон идут мужики. «Ты, говорят, Гриша, правду сказал. давно бы нам покаяться, а то сегодня в ночь полсела сгорело»».

От природы любопытный и жадный до познания, Григорий ищет ответы на вечные вопросы в книгах, не находя их у необремененных мудростью сельских священников. Он почти наизусть знает Священное Писание, и сам же толкует его всем желающим, к нему начинают прислушиваться. Ходят слухи, что он излечивает многие болезни, к нему приходят и приезжают люди из ближних сел. К Григорию все чаще обращаются за исцелением, за помощью в трудные моменты жизни, за советом, за толкованием непонятных мест в Писании. Вокруг Григория складывается некий кружок его поклонников: «Собираются они в большом секрете и в подполе под конюшней поют и читают Евангелие, тайный смысл которого Распутин им объясняет». Естественно, местным священнослужителям это не нравится: толковать Священное Писание, не имея духовного сана, грех. Но пока они с Распутиным не связываются. Пока.

А Григорий ведет себя вызывающе, упрекает сельских священников в плохом отправлении церковных служб, «словно топором рубят», все активнее вмешивается в приходские дела. В 1903 году он задумывает строить новый храм в селе Покровском. Естественно, денег на постройку храма у него не было. Попробовал собрать сход, крестьяне идею постройки нового храма одобрили горячо. Но денег не дали. Сельские священники, лучше Григория знавшие скупость прихожан, посмеивались в кулаки, однако они еще плохо знали упрямого «старца», как уже стали называть его многие, хотя и незаслуженно. Старцами называли людей мудрых, живших по монашескому уставу, в отшельничестве, обретавших мудрость в отрешении от суеты мирской. Паломников же, даже совершавших частые паломничества, называли «Божьими людьми», так и Григорий сам себя называл, но не противился, когда к нему обращались «отец» и «старец». По мужичьи хитрый и лукавый, он старательно делал вид, что относит это обращение к своему возрасту. Вот откуда появилась путаница с датой его рождения. Распутин во всех сохранившихся протоколах его многочисленных допросов постоянно прибавляет себе годы, то четыре, то шесть, хотя во время появления в Петербурге ему было неполных 34 года. Он часто говорит о том, что ему пятьдесят, но не доживет даже до этого возраста – погибнет в 47 лет.

Когда местные священники тихо радовались: наконец-то все прихожане поймут, что Распутин всего лишь болтун, он вдруг собрался и с рублем в кармане ушел из села. Многие думали: решил скрыться от позора в очередном паломничестве. Но в 1904 году Распутин появляется. в Петербурге. Оказывается, упрямый мужик решил найти средства на постройку храма в богатой столице.

«Приезжаю в Петербург. Все равно как слепой по дороге, так и я в Петербурге. Пришел первое в Александро-Невскую лавру поклониться мощам и за крыльцом у меня большой мешок с черным бельем. Отслужил молебен сиротский за 3 копейки и 2 копейки на свечку. Выхожу из Александро-Невской лавры, спрашиваю некоего епископа Духовной академии Сергия. Полиция подошла, «какой ты есть епископу друг, ты хулиган, приятель». По милости Божией пробежал задними воротами, разыскал швейцара с помощью привратников. Швейцар оказал мне милость, дав в шею; я стал перед ним на колени, он что-то особенное понял во мне и доложил епископу; епископ призвал меня, увидел и вот мы стали беседовать тогда».

Распутин понравился ректору Духовной академии отцу Сергию, будущему Патриарху Московскому и всея Руси, – он станет им в грозном 1943 году. Весть о сибирском мужике, обладающем острым умом и набожностью, разнеслась по Петербургу. Стараниями отца Сергия Распутин знакомится со многими священниками из высшего духовенства. Близкая к царской семье и хорошо знавшая Распутина Анна Вырубова писала, что «святой отец Иоанн Кронштадтский встречал его и был глубоко тронут его покаянием», он считал Распутина «странником, имеющим дар молитвы». Григория принимает сам митрополит Петербургский Питирим. И его сумел заинтересовать этот странник, притом настолько, что митрополит «не только звал его к себе обедать, но еще и сажал на почетное место рядом с собою». «Отец Сергий рассказывал мне о Петербурге, знакомил с улицами и прочим, а потом с Высокопоставленными, а там дошло и до Батюшки Царя, который оказал мне милость, понял меня и дал денег на храм, – вспоминал Распутин. – Я с радостью поехал домой и обратился к священникам о постройке нового храма. Враг же как ненавистник добрых дел, еще не успел я доехать, всех соблазнил. Я им оказываю помощь в постройке храма, а они ищут меня в пагубной ереси обвинить и такую чушь порят, даже нельзя высказать и на ум не придет. Вот сколь враг силен яму копать человеку и добрые дела в ничто ставить. Обвиняют меня как поборника самых низких и грязных сект и архиерей всячески возстает».

Ну, прямо чудеса в решете! Приехал в Петербург Григорий Распутин, в тот же день свиделся с ректором Духовной академии, пять минут поговорил с ним, и тот настолько проникся к мужику с «большим мешком черного белья», что тут же, не заводя в баню, лично повел его по Петербургу, достопримечательности показывать, да с «Высокопоставленными» знакомить. И не с кем-то, а сразу с отцом Иоанном Кронштадтским да с самим митрополитом. И митрополита Григорий так растрогал, что тот его не только на домашний обед зовет, на который не каждый министр приглашенным бывает, но еще и на почетное место усаживает. Да что там митрополит, когда ему, простому мужику нечесаному и немытому, рандеву с Царем-Батюшкой устраивают! И во время этого рандеву государь так возлюбил Григория, что вытащил из галифе пять тысяч ассигнациями и выложил на стол: бери, Григорий, пользуйся, строй церковь!

Увы и ах! Конечно, все это, хотя и шитая золотыми нитками, но не более чем рождественская сказка для очень маленьких, потому что чуть постарше – уже не поверят. Да и как можно поверить в такую чушь? А ведь верят, старательно пересказывая из жизнеописания в жизнеописание.

На самом деле все было не совсем так, а вернее, совсем не так: более обыденно и просто, хотя и не без любопытных приключений. Не берусь утверждать, что происходило все именно так, как будет изложено дальше, – в истории жизни Григория Распутина вообще ничему нельзя верить абсолютно. Почему нельзя? Да по той самой простой причине, что у КАЖДОГО участника этой безумной фантасмагории был СВОЙ интерес. Если же чьи-то интересы и совпадали, то только на очень короткое время. Вот почему с такой карнавальной стремительностью меняются маски, вчерашние враги становятся друзьями, а друзья – врагами. Нет в этой истории врагов и друзей, есть абсолютно равнодушные и безразличные друг другу люди, с разной степенью озверения рвущиеся к власти, деньгам, сладкой плоти, сытной жратве и сиюминутной славе. Вот почему нет говорящих правду. Не могут говорить правду те, кто постоянно оправдывается.

Так как же мужик из далекой Сибири оказался в Петербурге и мгновенно покорил его? Давайте договоримся, уважаемый читатель: на каждое событие в жизни Григория Распутина имеется несколько версий, я, как автор, отбираю те, которые мне кажутся наиболее вероятными. Естественно, это не значит, что все было именно так, а не несколько иначе.

Дорога на Петербург началась для Григория в Киеве, на подворье Михайловского монастыря, в котором он остановился подкормиться, возвращаясь домой. Надо было так случиться, что в это же время монастырь инкогнито посетили приехавшие на богомолье сестры, как их называли в царской семье – «черногорки», дочери черногорского короля Николая Негоша. Милица была женой великого князя Петра Николаевича, Анастасия, или, как ее чаще называли, Стана, была замужем за герцогом Лейхтенбергским, но у нее был затяжной и серьезный роман с будущим мужем, великим князем Николаем Николаевичем, дядей государя. Он был фигурой колоритнейшей: огромного роста, вояка, любимец гвардии, наводивший страх на все семейство Романовых – молодежь звала его не иначе, как «грозный дядя», – но достаточно ограниченный, если не сказать больше. Вдовствующая императрица Мария Федоровна, весьма независимая в суждениях, о великом князе Николае Николаевиче говорила так: «Он болен неизлечимой болезнью – он глуп». И он был очень влиятелен при дворе. Неудивительно, что встретили сестер в монастыре с почетом. Старательно делали вид, что не узнают, но окружили вниманием и заботой. Когда их водили по монастырю, дамы обратили внимание на коловшего дрова мужика – лохматого и с черной, всклоченной бородой. Сопровождавший их монах пояснил, что это паломник, возвращающийся из путешествия по святым местам Иерусалима.

Как известно, Черногория – родина ведьм и колдунов. Сестры очень серьезно увлекались мистикой, оккультизмом, при дворе принцесс называли «черными женщинами». Обе они, особенно Милица, имели большое влияние на царскую чету. Объясняется это достаточно просто – императрица Александра Федоровна была чужой в семействе Романовых – приехала из другой страны и, хотя приняла все русское, до конца дней своих говорила с заметным акцентом, как бы невольно напоминая о своем происхождении. Черногорки же окружили ее заботой и вниманием. Перейти в чужую веру еще не означает понять ее. Вот откуда, скорее всего, такая фанатическая тяга царицы к мистике и к имевшим большие познания в этой области сестрам-черногоркам. Недопонимание в таких сложных вопросах, как религия, приводит к вульгарному толкованию основ и понятий, к обращению к сектантству и мистическим началам.

Но давайте вернемся в монастырские стены.

Скучающие дамы заинтересовались экзотическим паломником, стали расспрашивать мужика о его путешествиях. Отвечал Григорий живо, красочно, образным языком. При этом не просто скучно описывая святые места, а живо рассказывая о путешествии, приключениях, впечатлениях, экзотических обычаях, еде, одежде, словом, обо всем, что видел. Повидал же Григорий немало. Великие княгини, привыкшие к городским увеселениям, отчаянно скучали на богомолье, и такой умелый рассказчик стал для них настоящим подарком и развлечением. Они приглашали его на чай, Григорий быстро освоился. Конечно же то, что знал в монастыре каждый, знал и Григорий, так что инкогнито общавшихся с ним дам для него не было секретом, и, будьте уверены, он постарался показать себя во всей красе.

Многое в жизни повидавший, он давно уже отвык робеть и стесняться кого бы то ни было, вел себя вполне свободно, хотя и сдержанно, с достоинством, рассказывал с удовольствием (он всегда с удовольствием рассказывал). Рассказывал о монастырях, а повидал он их без числа, о путешествиях, о своей родной сибирской деревне, семье, крестьянском труде. Словом, обо всем. Эта встреча была сродни встрече случайных попутчиков в поезде дальнего следования, когда порой совершенно незнакомому человеку рассказываешь то, что не каждому близкому расскажешь.

Великие княгини были буквально очарованы его живым языком, знанием жизни, легкостью и простотой, пусть иногда грубоватой, суждений о самых сложных вещах. Этот человек имел свое мнение и оригинальные ответы на все, самые сложные вопросы.

Опытный странник, повидавший множество людей, познавший нужду и болезни, голод и холод, он знал многие тайники души, умел влиять на людей, это признавали все безоговорочно. Возможно, это знакомство и не имело бы таких последствий для всей истории России, возможно, Григорий не вошел бы в эту историю дальше передней, если бы в разговорах с великими княгинями не коснулись темы исцелений.

Распутин Григорий Ефимович. Продолжение. Часть 2 →
Распутин Григорий Ефимович. Продолжение. Часть 3 →



Провидцы, прорицатели, блаженные и юродивые в истории России
Феодосий Печерский Петр и Феврония Прокопий Устюжский
Петр Московский Сергий Радонежский Стефан Пермский
Кирилл Белозерский Василий Блаженный Филипп митрополит
Иоанн Юродивый Иринарх Старец Брюс Яков Вилимович
Ксения Петербургская Серафим Саровский Авель Вещий
Киргхоф Александра Филипповна Крюденер Юлиана Татаринова Екатерина
Корейша Иван Яковлевич Макарий Оптинский Павел Таганрогский
Иннокентий митрополит Амвросий Оптинский Иоанн Кронштадтский
Варсонофий Оптинский Крыжановская-Рочестер Вера Распутин Григорий Ефимович
Хлебников Велимир Матрона Московская Мессинг Вольф Григорьевич

Copyright 2007-2017 © SB Ltd